Покаяние

Перейти вниз

Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Вс Июл 01, 2018 12:13 pm

Новый арест историка Юрия Дмитриева по надуманному сфальсифицированному поводу вновь ставит вопрос: кто и почему ему мстит?

В прошлом году Андрей Туоми разместил в ФБ очень правильный, как мне кажется, текст.



Много думаю, читаю и пишу о "деле Дмитриева". Не хочу сейчас ничего говорить о суде, о том чудовищном в своей нелепости обвинении, которое ему предъявлено. Просто хочу, чтобы вы взглянули на эту фотографию, этого человека и зафиксировали в своей памяти несколько простых истин.
Взгляните на эти черепа и выходные отверстия от пуль в лобной доле. Это именно выходные отверстия, которые, в отличие от входных, более разрушительны. Если провести прямую линию, то можно понять, где примерно находится отверстие от входа пули. Это нижняя часть затылка. Людей убивали выстрелом в затылок из полюбившегося чекистам-расстрельщикам нагана. Не все черепа пробиты навылет, наган - не ТТ, убойность не та, не каждую голову насквозь пробьет.
Говорю об этом спокойно, потому как видел достаточно много черепов убитых солдат. Убитых из винтовок и пулеметов. Не избирательно, не в затылок, а вслепую, издалека: в лоб, сбоку, в щеку, в нос, в глаз, вскользь, навылет вместе с каской... Это в бою, это другое...
А тут... Тут фотография не убитых, а забитых людей. Забитых, как скот. Сначала их ставили на колени, а потом стреляли в затылок склоненной головы, так, чтобы палачу удобно было стрелять. Как мясники на скотобойне...
Я не знаю, о чем думали эти люди. Те, которые стреляли. Какие они искали и находили себе оправдания? Наверное, думали, что, да, это враги и шпионы. И охотничье ружье, найденное у моего деда - это достаточное основание, чтобы заподозрить его в терроризме и расстрелять. И раз фамилия финская, империалистическая, значит надо убивать. Оправдание всегда и всему найдется. Ни один ведь пристав или уфсиновец не сорвал с себя погоны и не бросил их на пол, сопровождая Дмитриева в суд. У всех всегда есть оправдание. Нет дыма без огня. Раз есть фото, значит есть основание заподозрить его в педофилии. Я исполняю свой долг и приказ. Так положено... Оправданий всегда находится тьма. И у всех. От конвоира до судьи. Их всех кто-то в чем-то обязывает. Они все - люди системы. Они всю грязную работу выполняют для государства, во имя государства и от имени государства. Государство их наняло быть конвоирами, судьями и палачами. Ничего личного. И от тех, которые в Сандармохе заряжали свои наганы очередными семью патронами, они ничем не отличаются. Ничем. Они не хуже их и не лучше. Они такие же. Просто из другой эпохи. Более утонченной и циничной.
Ну и о том, о чем говорить в нашей стране не принято. О геноциде. Кто этот седой человек, записывающий на крышке гроба что-то в свой поисковый блокнот? Юрий Дмитриев - скажете?
Нет, ребята, это не просто Юрий Дмитриев. Это наша с вами совесть. Это тот, кто годами лопатой, мотыгой, кисточками и дневниковыми записями очищает нашу совесть от крови и грязи. Поднимает наверх и очищает. Долго, нудно, тяжело и неблагодарно. В одиночку. За всех 140 миллионов. За всех, кто вымазан в этой грязи и в этой крови уже которое поколение подряд. За всех нас, кто не нашел в себе силы сказать: да, я тоже виноват в том, что это произошло. Я тоже виноват в том, что это снова вернулось.

Мы живем в очень циничном и лживом мире. В мире, который называется Российская Федерация. И вроде каждый из нас все понимает. И вроде каждый из нас патриот. И вроде каждый из нас готов жизнь положить за своих детей, и каждый вроде бы хочет добра и процветания своей родине. Но почему-то все вместе - мы подлое, циничное и лживое государство. У всех у нас не так много кусочков совести, которые могут хоть как-то оправдать нас, хоть как-то реабилитировать. И один из них - Юра Дмитриев. И даже этот маленький кусочек совести народа мы не можем защитить... До чего же мы докатились, ребята...

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=1887922621419360&set=a.1704646779746946.1073741829.100006049201896&type=3&theater


Последний раз редактировалось: Ирина Анисимова (Вс Июл 01, 2018 3:37 pm), всего редактировалось 1 раз(а)
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Вс Июл 01, 2018 12:24 pm

Помнится, когда смотрела фильм Тенгиза Абуладзе "Покаяние", сцена с выбрасыванием тела отца из гроба сильно шокировала. Тогда я не задумывалась над глубочайшим смыслом этой сцены, а вот сейчас прихожу к выводу о том, что не вырваться нашей стране из этого адского круга, если ее народ не осознает мрак и ужас нашего прошлого, когда и впрямь "людей забивали, как скот", не признает это и не назовет преступление преступлением. Но преступления советской власти этим не ограничиваются. Самое страшное заключается в том, что она растлила души людей, внушила, что цель оправдывает средство, что всё можно ради этой цели. Она превратила огромное число людей в палачей, которым всё дозволено, с которых ничего так и не спросили, которые прожили свою жизнь в довольстве и сытости и передали своим потомкам уверенность в том, что они "право имеют". И вот теперь их потомки опять творят беспредел, они опять "право имеют", а люди, словно загипнотизированные кролики перед удавом, молчат. И совершенно не исключается тот вариант, когда их опять начнут забивать, как скот. Вот только с Юрием Дмитриевым расправятся и возьмутся за остальных, которые опять промолчали...
Нельзя молчать!

avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Вс Июл 01, 2018 3:40 pm



В карельском урочище Сандармох за 15 месяцев - с 11 августа 1937-го по 27 ноября 1938-го - было расстреляно свыше 9500 человек. 6067 имен стали известны благодаря труду Юрия Алексеевича Дмитриева, который в конце 90-х обнаружил места массовых захоронений в Сандармохе и Красном Бору. Большую часть заключенных первого соловецкого этапа – 1111 человек - выстрелом в затылок убил капитан госбезопасности Михаил Матвеев. Именно в этом этапе был уничтожен цвет украинского возрождения - Лесь Курбас, Николай Зеров, Николай Кулиш, Валерьян Пидмогильный и другие, порядка ста человек.

В ноябре 1937-го Матвеев передал руководство расстрельной бригадой начальнику 5-го отделения 3-го отдела ББК НКВД Ивану Бондаренко и его заместителю Александру Шондышу. В расстрельных протоколах исполнителя Шондыша писали без инициалов, зачастую - со строчной ("шондыш"), видимо, он не пользовался особым расположением даже в среде палачей. Шондыш убил 2119 заключенных, участвовал в 273 расстрелах, в том числе в самом массовом (21.01.1938), когда за одну ночь расстреляли 452 человека. Приговорен к высшей мере в Петрозаводске в октябре 1939-го. Михаил Матвеев в 1939-м был осужден на 10 лет, после начала Второй мировой освобожден досрочно. Занимал руководящую должность во внутренней тюрьме Управления НКВД Ленинграда. Награжден орденом Ленина. Умер в 1971 году.

Книгу Юрия Дмитриева «Место расстрела – Сандармох» сложно назвать книгой в привычном понимании слова. Это перечень убитых и их расстрельные дела.Те имена и те дела, которые удалось восстановить. Страшный документ, за которым годы кропотливого труда. Работа не закончена, но в декабре 2016-го Юрий Алексеевич был задержан, арестован, в апреле 2018-го оправдан.14 июня 2018 года Верховный суд Карелии отменил оправдательный приговор, Дмитриев опять арестован, на него заведено новое уголовное дело.

«Иногда ноги до самой задницы стопчешь. Начинаешь с точки, потом расширяешь область поисков. Ходишь, ходишь… Я однажды за день две пары башмаков стер. Куда ни посмотришь - ямки, ямки, ямки, ямки, ямки, ямки, ямки, ямки, ямки, ямки, ямки… И начинаешь ощущать глубину трагедии. Когда первую могилу вскрыл, в моем дежурном сундучке нашлась церковная свеча. Поставил крест на могиле, стал молиться: помяни, Господи. И такой то ли стон, то ли шелест ветра: и меня вспомни, и меня, и меня…
Мою душу поздно менять тюрьмой».
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Пн Июл 02, 2018 8:58 pm

Андрей Зубов. САНДАРМОХ

Вот за что судят Юрия Дмитриева. Это из нашей книги "История России. ХХ век". Том II. c.279-283.

Место массового убийства людей в Карелии – Сандармох:
«К 1937 году места расстрелов заключённых и трудпоселенцев Белбалткомбината (ББК) постепенно отдалялись от Медвежьей Горы. Расстреливали обычно в лесу вдоль Повенецкого тракта… С началом репрессивной операции в 1937 г. расстреливать возили за 16 километров… Медвежьегорская (Медвежьегорско - БелБалтлаговская) опербригада для проведения массовых расстрелов была создана в августе 1937 г. – всего около 30 человек из 3-го отдела ББК, включая некоторых бывших заключённых и даже заключённых с неотбытым сроком. Одни отвечали за подготовительные работы в лесу (рытьё ям, костры), другие за вывод обречённых из камер изолятора и связывание верёвками, третьи – за конвоирование, четвертые – за приведение приговоров в исполнение. Ещё были шоферы и проводники служебных собак. У всех отобрали дополнительные подписки об обеспечении строжайшей секретности. В распоряжении опербригады были две грузовые машины для перевозки заключённых к месту расстрела (трёхтонки, видимо, ЗИС-5) и одна легковая. Приговоры в Медвежьей Горе в это время чаще других приводили в исполнение начальник 5-го отделения (по борьбе с побегами) И. А. Бондаренко и зам. начальника 3-го отдела А. Ф. Шондыш. На легковой машине обычно ездил старший из начальников, принимающих участие в расстрелах. Спецработы шли за дополнительную оплату, от 180 рублей за лесные работы, до 240 рублей шофёрам и конвоирам. Исполнители приговоров, видимо, получали больше…

В число обычных средств, которые использовались в Медвежьей Горе для операций по приведению приговоров в исполнение, входили верёвки для связывания, верёвочные петли и тряпки (полотенца) – для придушивания или удушения сопротивлявшихся или кричавших. Избивали руками, ногами, оружием, чем придётся. При Бондаренко всегда находилась, в виде «личного холодного оружия», – железная трость длиной около метра, толщиной около сантиметра, остроконечная с одного конца и с молотком и топориком с другого, нечто вроде ледоруба, эту трость подарили Бондаренке при открытии Туломской ГРЭС, которая строилась руками заключённых, на трости была памятная надпись «Тулома».

А.Р.Матвеев (зам. Начальника АХУ) привнёс в обычную процедуру ленинградский опыт. По его указанию и эскизу были изготовлены две берёзовые круглые дубинки, длиной 42 см, толщиной 7 см и ручкой длиной 12 см. Эти дубинки в Медвежьей Горе называли «колотушками», «вальками», «деревянными палками» и использовали для «успокоения», «усмирения» связываемых или уже связанных заключённых при малейшем поводе и без повода. Крикнул – удар, задал вопрос – удар, повернулся – удар. Колотушками наносили удары по голове, плечам, в грудь, живот, по коленям. От удара по голове двухкилограммовой колотушкой человек чаще всего терял сознание. Голову разбивали до крови, иногда проламывали черепную коробку и убивали. Ещё страшнее были удары железными тростями (по образцу первой была изготовлена вторая – гранёная, остроконечная с одного конца, с приваренным молотком с другого). От удара железной тростью молоток или лезвие топорика входили в тело, легко перебивались ключицы. Особым приёмом стало протыкание тела острым концом трости.
Колотушки и трости использовались в изоляторе, по пути от изолятора в лес (конвою на каждой грузовой машине выдавалось по колотушке и трости) и, наконец, у расстрельной ямы.

Почему избивали заключённых? Избивали от страха, от боязни бунта, нападения и побега. В большинстве своём изнеможённые заключённые не могли оказывать серьёзного сопротивления. Тем более женщины, старики и больные (двоих из Соловков доставили в парализованном состоянии). Но отчаянные смельчаки всегда найдутся, кто-то из соловчан в первый же день расстрелов смог освободиться от верёвок в машине, напасть на конвоира и нанести рану при помощи утаённого ножа. Избивали, потому что была установка: бить врага на каждом шагу, применение «мер физического воздействия» разрешил ЦК ВКП(б). Избивали, потому что входили в раж, находясь в неврастеническом состоянии. Ведь каждый раз предстояло убивать десятки и сотни людей, которым даже не объявляли о бессудном приговоре. В предчувствии смерти обречённые требовали прокурора, заявляли о пытках и лживых обвинениях во время следствия, обзывали палачей гитлеровцами. Наконец, избивали («глушили кадров») просто, чтобы к могильным ямам привезти тех, кто был жив, «чуть тёпленькими». Так, в Москве для доставки на Бутовский полигон использовали автозаки с заглушками, пуская газ в кузов, а в Петрозаводске применяли «галстуки» – то есть удавки, придушивали петлёй на шее. В общем, при приведении приговоров в исполнение не всегда уже было необходимо расстреливать.

В изоляторе ББК можно было разместить 200–300 или более человек для подготовки к расстрелу. Процедуру хорошо отработали. Основные действия совершались в трёх помещениях: комнате опроса и «установления самоличностей» (она же «комната вязки рук», вероятно – канцелярия изолятора), «комнате вязки ног» и в «ожидальне».

Из дежурной комнаты изолятора вызывали заключённого с вещами, спрашивали о профессии и говорили, что ведут на осмотр врачебной комиссии. Так легче было успокоить, раздеть и осмотреть человека. В «комнате вязки рук» за столом сидели начальники операции и задавали обычные вопросы по «установочным данным». После сверки данных опрашивающий произносил условную фразу: «На этап годен». Тут же двое хватали заключённого за руки и резко выворачивали их назад. Третий немедленно начинал жёстко связывать руки. Поскольку никакой медосмотр и этап не предполагал выкручивания и связывания рук, люди кричали не только от боли, но и просили объяснений, спрашивали: «Зачем вяжете?». Сидящий за столом доставал колотушку, просил подвести заключённого поближе и со всей силы ударял по голове. В случае крика один из чекистов хватал заключённого за горло и душил до прекращения крика. В случае попыток сопротивления при связывании на заключенного набрасывались все, кто был в комнате, и избивали до потери сознания чем попало. Забитых насмерть выносили в уборную (разбитые головы обвязывали тряпками). В этой же «комнате вязки рук» отбирались деньги, часы, другие ценные вещи и складывались в ящик начальственного стола. Затем заключённого выводили или тащили в следующую комнату. Здесь снимали оставшуюся верхнюю одежду, то есть раздевали до нижнего белья, и связывали ноги. Ноги связывались, очевидно, настолько, чтобы можно было делать крохотные шажки. Подготовленных таким образом усаживали или укладывали в «ожидальне». Когда набиралось 50–60 человек, конвоиры начинали грузить (носить на плечах) в кузов каждой грузовой машины по 25–30 человек. В кузове были скамейки, но усаживали на них редко – на тряской ухабистой дороге связанным сидеть было трудно, они сползали, что крайне раздражало конвоиров. Обычно в кузове всех укладывали. В каждую машину усаживался конвой – по четыре человека и проводник с собакой. Перед выездом заключённым демонстрировали колотушки и железные трости для острастки. Хотя обычно они молчали даже при избиениях, кто от потери сознания, кто от страха. Караван из грузовых и замыкавшей их легковой машины выезжал из ворот изолятора. Никого из заключенных не имели права вернуть обратно в изолятор.

Команда, работавшая в лесу, загодя выкапывала большие глубокие ямы в лёгком песчаном грунте. Подле ям разводили костры – для обогрева конвоя и освещения места в ночное время. Приезжали машины, их подавали к ямам.

Расстреливали непосредственно в яме. В ямах работали Матвеев, Алафер, Бондаренко и Шондыш. «Культурное» объяснение Матвеевым процедуры расстрела выглядит так: «В указанной яме приказывали арестованному ложиться вниз лицом, после чего в упор из револьвера арестованного стреляли». Но так можно было бы поступить со здоровыми и загипнотизированными людьми. На деле было не так. Заключённых подносили или подтаскивали к яме. В это время не все из них даже подавали признаки жизни. Тех, кто казался ещё бодрым или что-то говорил, били по голове колотушкой. Особо ненавистных избивали чем попало и сколько хватало сил. Подавали на дно ямы. Там укладывали половчее и стреляли в упор в голову.

По завершении расстрелов машины отправлялись обратно. И так за ночь делали несколько рейсов. С последним рейсом отвозили убитых в изоляторе. Женщин возили отдельно (иногда или часто – на легковой машине). К четырем утра операцию заканчивали.

Вещи расстрелянных хранились без всякого учёта в кладовой изолятора, оттуда вывозились на чердак опердивизиона и в кладовую 5-го отделения, которым руководил Бондаренко. Из вещей, оставшихся после расстрела соловчан, были сшиты два пальто и особые тужурки, в которых начальственные участники операции ездили на расстрелы… Весной 1938 г. начались аресты сотрудников 3-го отдела ББК, через год в Ленинграде арестовали Матвеева. Произвели учёт вещей расстрелянных и отметили – нерасхищенное: чей-то микроскоп, чью-то готовальню, чью-то гармонь, чьи-то шинели, чьи-то ситцевые дамские платья, чей-то детский пиджачок...; выданное сотрудникам 5-го отделения (где хранились вещи): костюм, брюки, джемперы, шапки, сапоги, платье, патефон, бильярд...; сданное в финотдел ББК НКВД: деньги, кольца жёлтого и белого металла, зубы и коронки жёлтого и белого металла, икону, образок, кресты, царские монеты…
Это место, в 16 километрах от бывшего изолятора, близ старого песчаного карьера на 19-м километре дороги Медвежьегорск–Повенец, нашла 1 июля 1997 г. совместная карельско-петербургская экспедиция общества «Мемориал». По просадкам почвы насчитали на поверхности более 200 ям размытых прямоугольных очертаний. Две ямы вскрыли до обнаружения останков расстрелянных. Место назвали по близкому урочищу: Сандармох.

В сентябре 1997 г. под надзором прокуратуры были полностью вскрыты ещё три ямы. На глубине более двух метров находились останки расстрелянных, расположенные упорядоченно в несколько слоёв. В одной яме насчитали 36 человек, в другой – 85... Нашли также пистолетные гильзы и пули, несколько предметов обихода. Не все черепа имели пулевые отверстия.
Началась история мемориального кладбища «Сандармох» – бывшего места расстрелов тысяч жителей Карелии, заключённых и трудпоселенцев Белбалтлага. Каждый год 5 августа, в очередную годовщину начала сталинской репрессивной операции, здесь проходят Дни памяти». – А.Я.Разумов. Скорбный путь Соловецких этапов. Продолжение поиска // Ленинградский мартиролог 1937-1938. Книга памяти жертв политических репрессий. Т.8. Январь-февраль 1938 года. СПб., 2008. С. 659-663.

https://www.facebook.com/andrei.b.zubov/posts/2136995863252420
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Пн Июл 02, 2018 9:03 pm



Серышев Анатолий Анатольевич. Начальник управления ФСБ по республике Карелия. Он очень хочет посадить Юрия Дмитриева. За то, что Юрий Дмитриев раскапывает ямы с расстрелянными НКВД в Карельских лесах. За то, что он одну за другой вскрывает новые страшные страницы нашей истории. Истории о том, как сотни людей ставили на краю ямы на колени, наклоняли им голову, чтоб стрелявшему было удобнее целится в затылок. Дмитриева обвиняли в педофилии(!) В педофилии, Карл, пожилого ученого! Даже в наше подлое время эксперты доказали его невиновность, а суд его оправдал.
Но человек на втором фото недавно стал Помощником Президента. И...Юрия Дмитриева арестовали снова. И дело снова закрутилось.
У меня два вопроса к нам ко всем: 1. Когда снова нас поставят на колени на краю ямы?
2. Как вы думаете - в курсе ли этой истории Президент?

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1906830186043158&id=100001485866041
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Пн Июл 02, 2018 9:05 pm

Архивы Великой Отечественной войны Указом президента засекречены до 2040 года.
Архивы НКВД - до 2050 года.

Им есть, что скрывать, им есть, чего бояться.
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор sirin в Пн Июл 02, 2018 9:29 pm

вообще кошмар конечно. в народе говорят, что Гагарину те же товарищи(НКВД) подстроили катастрофу. и то же архивы открывать не хотят. только может к 2050г.

sirin

Сообщения : 79
Дата регистрации : 2013-11-29

Посмотреть профиль

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Вт Июл 03, 2018 12:46 am

81 год назад с этого документа начался "БОЛЬШОЙ ТЕРРОР".

Второго июля 1937 года на места ушла подписанная Сталиным телеграмма — немедленно приступить к казням враждебных элементов.

avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Ср Июл 04, 2018 6:21 pm

Письмо Александра Введенского Даниилу Хармсу из ссылки (июнь 1932 года): «Здравствуй, Даниил Иванович, откуда это ты взялся. Ты, говорят, подлец, в тюрьме сидел. Да? Что ты говоришь? Говоришь, думаешь ко мне в Курск прокатиться, дело хорошее. Рад буду тебе страшно, завтра же начну подыскивать тебе комнату. Дело в том, что я зову сейчас сюда Нюрочку, если она приедет, хорошо бы, если бы вы вместе поехали, то надо будет тебе найти комнату, та, в которой живу я, очень маленькая, да и кровати нет, и хозяйка сердитая, но авось что-нибудь придумаем. Может быть, две комнаты сразу достанем. Одну для меня с Нюрочкой, другую для тебя. Когда будешь выезжать, дай телеграмму, буду встречать. Телеграфируй номер поезда и день приезда. Только что получил от тебя телеграмму и сам не свой от радости, прямо писать не могу. Ну целую тебя крепко. Будь здоров. Шура. Сияю, как лес».

В декабре 1931-го Александр Введенский был арестован как член реакционной группы, шел по одному делу с Даниилом Хармсом, Игорем Бахтеревым, Александром Туфановым и другими. Им инкриминировали «заумное жонглерство», «поэзию классового врага» и «литературную литургию», отвлекающую советский народ от социалистического строительства. В 1932-м выслан в Курск, где некоторое время проживал с Хармсом. В 1934-м вернулся в Ленинград, затем переехал к новой жене в Харьков. В 1937-м у них родился сын. В сентябре 1941-го арестован за «контрреволюционную агитацию».

"Ранним утром, почти ночью, как и полагается в таких случаях, пришли эти ребята. Александр Иванович, дети и обе женщины (жена и теща) встретили их удивительно по-деловому и спокойно, будто давно ждали. Не было слез. Было полное молчание (отец и дядя Галины Борисовны в свое время уже были забраны). В неестественной тишине был сделан обыск, на пол вывалены рукописи и письма. На прощанье он подошел к каждому, поцеловал».

При подходе немецких войск к Харькову Александр Введенский был этапирован в Казань, скончался в пути от плеврита. В архиве Казанской психиатрической больницы есть акт о его смерти, наступившей 19 декабря 1941 года. Точное место захоронения неизвестно.

Сохранилась последняя записка: "Милые, дорогие, любимые. Сегодня нас увозят из города. Люблю всех и крепко целую. Надеюсь, что все будет хорошо, и мы скоро увидимся. Целую всех крепко, крепко, а особенно Галочку и Наталочку. Не забывайте меня. Саша".

Когда я вырасту большой

Когда я вырасту большой, я снаряжу челнок.
Возьму с собой бутыль с водой
И сухарей мешок.
Потом от пристани веслом
Я ловко оттолкнусь,
Плыви, челнок! Прощай, мой дом!
Не скоро я вернусь.
Сначала лес увижу я,
А там, за лесом тем,
Пойдут места, которых я
И не видал совсем.
Деревни, рощи, города,
Цветущие сады,
Взбегающие поезда
На крепкие мосты.
И люди станут мне кричать:
"Счастливый путь, моряк!".
И ночь мне будет освещать
Мигающий маяк.

https://www.facebook.com/piatetskaya/posts/2161452340561499
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Ср Июл 04, 2018 6:25 pm

В этой теме много документальных материалов о судьбах репрессированных людей, убитых и замученных системой, покалеченных жизнях членов семей "врагов народа".

http://silver-voice.forum2x2.ru/t1697-topic?highlight=%D0%B1%D0%B5%D1%81%D1%81%D0%BC%D0%B5%D1%80%D1%82%D0%BD%D1%8B%D0%B9+%D0%B1%D0%B0%D1%80%D0%B0%D0%BA
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Ср Июл 04, 2018 6:39 pm

Что жители окрестных городов и поселков думают о Сандармохе, массовых расстрелах и репрессиях

В 1997 году Юрий Дмитриев вместе с Ириной Флиге и Вениамином Иофе нашли место захоронения первого соловецкого этапа, 1111 человек. Но впоследствии оказалось, что на том же урочище захоронено гораздо больше людей: заключенные Белбалтлага, сосланные в Карелию и просто жители окрестных деревень: звонари, плотники, кладовщики. О том, что их родные не сгинули в далеких лагерях, а лежат рядом, в двадцати — сорока километрах, местные жители узнали только тогда. И вернули себе отнятую память.


Таисия Федоровна Макарова, Медвежьегорск

Утром мы ушли в школу, а папа собирался на работу. Он был завскладом, работал через дорогу от дома. Так больше мы его и не видели: пришли домой — а его нет, забрали прямо с работы. Вечером того же дня у нас дома был обыск. У мамы была шкатулка, она туда складывала письма старших дочерей, они жили в Петрозаводске. Они [следователи] всю ее перетряхнули, а больше у нас и не было ничего, кровати, да и все.

Это был 37-й, мне было десять лет. Помню, что всех забирали, дом у нас был в центре, и рядом была остановка автобусная. Утром идешь, и слышно одни только слезы и плач. Люди идут на работу и плачут ревом: у всех забрали кого-то.



Вечером дома тоже были одни слезы: к нам приезжала папина сестра, мои старшие сестры из Петрозаводска приехали. Всего нас у папы было шестеро, и без него совсем горько жить стало. Тяжело.

Мы его искали, мама ездила в Медгору, сестры писали, но ничего нам не сказали. Один раз только передачку приняли, мы передали сапоги: уже потаяло все, а его в валенках забрали. Так больше и ни слова. Мы в Повенце жили, и когда мимо нашего дома заключенных вели на канал [в поселке Повенец располагаются первые шлюзы Беломорско-Балтийского канала. — Прим. ТД], мы садились у дома на скамейку и смотрели: вдруг папу увидим. А их много было, они шли, и шли, и шли. Никого мы не увидели, и мамочка наша так и умерла, не зная, где же он лежит. Так мы ничего о нем не слышали и не знали.

Только когда раскопки начались у нас на Сандармохе [в 1997 году Юрий Дмитриев с коллегами обнаружил массовое захоронение расстрелянных неподалеку от станции Медвежья Гора, там захоронено порядка девяти тысяч человек. — Прим. ТД], мы узнали, что он там. Заглянули в «Поминальную книгу» [книги со списками репрессированных жителей Карелии, которые составлял в том числе Юрий Дмитриев. — Прим. ТД] и нашли его фамилию. Все плакали, все. Поехали на Сандармох с сестричкой Раей, туда, идем по лесу, и как будто нас притянуло к какому-то месту. Там и поставили ему памятник.

Когда я узнала, что папа там, стало обидно. Не дали ему жить! Ведь если бы он был жив, у нас была бы совсем другая жизнь, мы бы выучились все… Но теперь мы хотя бы знаем, где он, можем к нему прийти. Я думаю, тогда искали вредителей, а забирали невинных людей. А они ни в чем не были виноваты и могли бы жить и жить.

«Осужденных к высшей мере наказания привозили на машине в предназначенное для этого место, то есть в лес, вырывали большие ямы, и там же, то есть в указанной яме, приказывали арестованному ложиться вниз лицом, после чего в упор из револьвера в арестованного стреляли».

Из следственного дела Михаила Матвеева, капитана госбезопасности, руководившего расстрелами на Сандармохе


Людмила Яковлевна Степанова, Медвежьегорск

Ночью пришли за нашим, в дверь постучали. Он сразу понял, что это за ним: у нас дом был в деревне, туда даже дороги толком не было, только пешком идти, кто это еще может быть ночью? Он, еще когда его в первый раз арестовали и отпустили, сказал маме: «Даша, если ночью придут, это за мной». Так и было. Мама рассказывала, что у нас из деревни тогда всех мужиков позабирали, остался один конюх Яша, самый непутевый из всех.

«Приступив к операции в Медгоре, я столкнулся с тем, что имевшаяся в 3-м отделе ББК оперативная машина в пути следования с людьми к месту приведения приговоров в исполнение выходила из строя на очень оживленной дороге, где приходилось стоять по несколько часов. В пути следования были случаи, когда репрессированные кричали, что их везут на расстрел, и для того чтобы предотвратить возможные эксцессы со стороны осужденных, я предложил Шондышу сделать деревянные “колотушки” как холодное оружие».

Из показаний Матвеева на суде


Нас осталось пятеро у мамы, все девчонки: с 28 года, с 32 года, с 34 года, я с 37-го и Валя с 39-го. Мы с ней были уже от другого отца. Когда война началась, мне было четыре, а самой младшей два. И нас эвакуировали в Заонежье.

И там мы стали голодать. Младшая, Валя, тогда умерла: лежала в доме на лавке, протянет руку и говорит все время: «Дай-дай-дай». А мы с сестрой тоже лежали, опухшие, как две чурки, уже умирали. Тут наша хозяйка заболела, мама стала за ней ухаживать, и она разрешила дать нам из-под сметаны простокваши. Так мы и выжили.

После войны вернулись мы домой. Без мужа маме было очень тяжело: ее отправляли на лесозаготовки, и мы всю зиму с сестрой одни, ей одиннадцать, мне восемь. В школу я ходила в солдатских сапогах, которые в доме у нас нашла. Один только раз мама пошла попросить, чтоб нам дали ткани какой, одежду нам пошить. Ей тогда сказали: «Ты рот закрой. Твой муж знаешь где? И ты там будешь».



«Сам изолятор, где подготовляли людей к отправке на расстрел, не соответствовал действительности. Стены в изоляторе были деревянные, и малейший крик мог отразиться на лицах, сидящих в изоляторе, осужденных к вмн, и такие условия работы нас заставляли бояться малейшего крика».

Из показаний Матвеева на суде


Про него мы ничего не знали. Я четыре класса закончила, пошла работать, мама отдала меня в няньки в Медвежью гору. Учиться дальше не получилось. Потом пошла работать на [Беломорско-Балтийский. — Прим. ТД] канал. Про него уже тогда говорили, что на костях он построен.

А в 50-х пришла бумага, что умер наш Федор в Норильске от брюшного тифа. А с ней прислали 100 рублей: мама нам тогда эти деньги на четверых сестер разделила и каждой дала по 25 рублей. Я купила себе штапель на платье.

А потом оказалось, что ни в какой Норильск его не повезли. Нам в 90-х всем, у кого родители расстреляны, раздавали «Поминальные книги». Там мы его и нашли, да не только его, а и всех наших, деревенских. Там и брат его, и у тетки муж, Горбачев. Я, конечно, потрясена: то говорили, что он где-то там в Норильске умер, а оказывается, вот он, рядом лежит! На сорок километров отвезли и расстреляли.
жьегорска
Я думаю, за это ответственно высшее руководство страны. Гибли ни в чем не повинные люди. Наш плотником был, так за что его? Дровни вязал. Просто вредительство: всех мужиков позабирали перед войной.

«В конце ноября или в начале декабря м-ца 1937 г. в комнате связывания рук, когда один осужденный устроил большой эксцесс, я, боясь, что его крик донесется до изолятора, в котором находилось свыше трехсот человек, приговоренных к вмн, и они могут устроить бунт, нанес ему один удар колотушкой».

Из показаний Долинского на суде по делу Матвеева


Тамара Семеновна Шикова, село Сосновка
Мои дедушка и бабушка по материнской линии, Александра Дмитриевна и Иван Федорович, жили в Калининском районе. В 37-м дедушку забрали. Мы о нем больше ничего не слышали. Я только слышала, что к бабушке как-то раз приходил ее бывший сосед и рассказывал, что видел его в 1941-м на южном направлении в штрафбате. Так он там и сгинул. У бабушки было пятеро детей, она понимала, что ей одной с ними не выжить. Поэтому она решила поехать в Ленинград и оставить детей на вокзале, чтобы их устроили в детский дом.



Старшего она оставила с собой, грудного ребенка отдала бездетной семье, а остальные попали в детский дом. Потом война началась, старшие сыновья были в армии, маму мою она забрала к себе, а младшая девочка эвакуировалась с детским домом из Ленинграда, и поезд попал под обстрел. Маму и бабушку эвакуировали в Сибирь, и там мы прожили до 1953 года, потому что колхозникам не давали паспортов. В 1953 году Сталин умер, нам дали паспорта — и мы уехали в Карелию.

Бабушка замуж еще раз так и не вышла, все повторяла, что лучше ее Ванечки никого нет. Но говорить что-то об этом боялись, всю жизнь боялись, и когда я ее просила, говорила: «Бабушка, давай попробуем найти», она отвечала: «Не вороши. Я боюсь того времени». Я его в списках искала, так и не нашла.

События тех лет я до сих пор не могу осознать. Еще перед самой войной к моей бабушке пришел ее сосед. Упал к ней в ноги и говорит: «Александра Дмитриевна, прости меня. Это я донес на твоего Ваню». А донес из зависти просто: дедушка у меня был умница, работник, на все руки мастер. За это и погорел. Вот как это объяснить? Сосед пришел, каялся, прощения просил. Но она сказала: «Бог тебя простит, а я прощения тебе дать не могу».

А на Сандармохе место всегда было нехорошее. Даже когда еще не было открыто ничего и мы ничего об этом не знали. Как-то раз мы с мужем поехали на велосипедах за грибами. Заехали далеко и попали туда [на Сандармох. — Прим. ТД]. Стали собирать грибы, а мне стало не по себе. Говорю мужу: «Эдик, поедем отсюда поскорее. Мне тут жутко».

Александра Алексеевна Басалаева, Пиндуши

У меня оба деда репрессированные. Папин отец был сапер, служил в лейб-гвардии в Семеновском полку, в саперной бригаде. Получил два Георгиевских креста: один первой степени, один четвертой степени. Он был в колхозе бригадиром, и кто-то на него донес: его обвиняли в том, что погибла лошадь, и за это его отправили на десять лет в лагеря в Коми. Он выжил, но вернулся весь больной.

Мамин папа был кулак: две десятины земли, лес. Ночью приехали и забрали его. На него донес председатель колхоза, и его расстреляли, лежит он под Ленинградом. Мне мама рассказывала о своем отце, моем дедушке, которого расстреляли, говорила, что он был замечательный хозяин, чистюля, умница… Рассказывает, но добавляет: «Саша, никому не говори». И говорила еще так: «У истории завязаны глаза. Но придет время, и все откроется. Придет время, люди узнают, что творилось в 1937—1938 годах».

Сама мама, Аполлинария Кирилловна, в войну работала продавщицей на станции Идаль и рассказывала мне: «Очередь стоит, а кто-то из людей просит: “Полина, дай на завтра хлебушка!” Она говорит: “Не дам. Ты съешь разом, а потом у тебя не будет”. Ей начальник так и объяснил: “Даже если плачут, мол, дай! Ты сама реви, а не давай». И мама, и папа уехали из деревни, потому что очень тяжело было в колхозах, у обоих всего по четыре класса образования.



Когда я в 97-м узнала о Сандармохе, я была потрясена. Теперь езжу туда каждый год пятого августа. Кладу цветочки к какой-нибудь могилке и вспоминаю обоих дедов. Я не понимаю, за что расстреливали ни в чем не повинных людей. Я писала в ФСБ, мне прислали оба дела, одного деда и второго. Ведь это смешно читать! Какой-то смешной поклеп. Сталин объявил тогда, что обостряется классовая борьба, вот и начали хватать просто крепких мужиков, у которых было крепкое хозяйство.

«Однажды в пути следования грузовая машина с людьми испортилась и встала в деревне Пиндуши. В это время один из осужденных стал кричать, что могла услышать проходившая публика. Для того чтобы не расконспирировать нашу работу, нужно было принять соответствующие меры, но стрелять в машине не было никакой возможности, завязать полотенцем рот также нельзя было, так как арестованные лежали сплошным покровом на дне кузова, и я, чтобы усмирить кричавшего осужденного, железной тростью как холодным оружием проколол осужденного насквозь, тем самым прекратил крик».

Из показаний Михаила Матвеева


Елена Ершова, деревня Брюхово
Так сложилось, что оба моих родителя стали брюховчанами. Прабабушка по отцовской линии рассказывала, что ночью к ним постучались и на черном вороне увезли прадеда. А ее с двумя сыновьями выслали сюда, в Карелию. Они оба были финны. Петр Федорович и Анна Давыдовна Раутанен, жили в Ленинграде, в Токсовском районе. По маминой линии мой дед тоже был репрессирован: в войну попал в плен, потом его из концлагеря освободили американцы, а в СССР его тут же арестовали и тоже выслали в Карелию.



Прабабушку я хорошо помню. Она прекрасно говорила на финском и всегда выделялась: владела несколькими языками, шила себе совсем другие платья, нашивала туда необычные рюши, внешность у нее была совсем другая…

В 1956 году прабабушке прислали лжесвидетельство о смерти: написали, что прадед умер в 1942 году от абсцесса легких в Кировской области. А на самом деле его расстреляли почти сразу после ареста. Это мы уже узнали, когда подняли архивные документы. Я думаю, что история моей семьи — это одна миллионная того, что было в стране. Люди прошли через ад. О Сандармохе мы хотя бы знаем, а сколько еще может быть вдоль канала таких же захоронений, которые никто никогда не найдет?

У нас в Брюхове стояла полуразрушенная деревянная церковь: ее еще в 30-х закрыли, но службы и алтарь тут были до 1942 года. Потом она долгое время стояла в запустении, разрушалась, и у нас сердце обливалось кровью. Сейчас мы ее восстанавливаем. И эта церковь, и Сандармох, это все одна эпоха. Мы восстанавливаем разрушенное, занимаемся прошлым, чтобы у наших детей было будущее.

Михаил Матвеев — капитан госбезопасности (до революции — подручный слесаря). В 1937 году руководил расстрелом 1111 заключенных первого соловецкого этапа. По итогам работы награжден, но в 1939 году арестован. Вместе с ним арестовали сотрудников отделения НКВД Беломорско-Балтийского канала Шондыша и Бондаренко. Завели дело о превышении служебных полномочий и «негуманном» обращении с заключенными. На допросах и в суде арестованные энкавэдэшники рассказали, как именно проводились расстрелы. Матвееву дали 10 лет лагерей, но уже в 1941 досрочно освободили, и он продолжил службу в НКВД. Умер в 1971 году.

https://takiedela.ru/2018/07/u-istorii-zavyazany-glaza/?utm_source=facebook.com&utm_medium=social&utm_campaign=sandarmoh--respublika-kareliya--odno-iz&utm_content=20770056
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Чт Июл 05, 2018 5:09 pm

В июле 1937-го Ираклий Андроников приехал по делам в Ленинград и, выйдя из дома ранним утром, увидел Николая Олейникова. «Коля, куда так рано?» - окликнул он его и тут же осекся. Рядом с Олейниковым шли двое. Коля улыбнулся.

Я влюблен в Генриетту Давыдовну,
А она в меня, кажется, нет -
Ею Шварцу квитанция выдана,
Мне квитанции, кажется, нет.

Ненавижу я Шварца проклятого,
За которым страдает она!
За него, за умом небогатого,
Замуж хочет, как рыбка, она.

Дорогая, красивая Груня,
Разлюбите его, кабана!
Дело в том, что у Шварца в зобу не,
Не спирает дыхания, как у меня.

Он подлец, совратитель, мерзавец -
Ему только бы женщин любить...
А Олейников, скромный красавец,
Продолжает в немилости быть.

Я красив, я брезглив, я нахален,
Много есть во мне разных идей.
Не имею я в мыслях подпалин,
Как имеет их этот индей!

Полюбите меня, полюбите!
Разлюбите его, разлюбите!

Поэт, писатель, сценарист, математик, редактор детских журналов «Еж», «Чиж» и «Сверчок» Николай Олейников был арестован 20 июля 1937 года, расстрелян в ноябре этого же года. Обвинительное заключение датировано январем 1938-го. «3 отдел УНКВД ЛО располагал данными о том, что Олейников Николай Макарович являлся участником контрреволюционной троцкистской организации и проводит к-р подрывную работу. а)обрабатывал в к-р направлении своих близких знакомых с целью завербовать их для работы. Лично им завербован в к-р организацию Жуков Д.П.(арестован, сознался); б)занимался террористической деятельностью над руководителями ВКП(б)и советского правительства, будучи осведомлен о готовящихся терактах над тт. Сталиным и Ворошиловым; в)проводил вредительство на литературном фронте. Знал о связи участников контрреволюционной троцкистской организации с японской разведкой и проводимом ими шпионаже в пользу Японии».

Николай Олейников родился в станице Каменской (сейчас город в Ростовской области), отец был зажиточным казаком, держал в станице кабак. Коля все это с детства ненавидел. И отца, и его кабак, и казаков, и станичную жизнь. Чуковский вспоминал, что «Олейников даже учился и читал книги из ненависти к тупости и невежеству своих казаков». Уезжая из Каменской навсегда, вытребовал в сельсовете справку для поступления в академию художеств, объяснив председателю, что туда принимают только красивых. Справка была выдана по всей форме, с датой, подписью и печатью сельсовета. «Сим удостоверяется, что гр. Олейников Николай Макарович действительно красивый. Дана для поступления в Академию художеств».

Когда взяли близкого друга - япониста Дмитрия Жукова, Олейников позвонил его жене: «Все остается в силе, как дружили, так и будем дружить». Жуков практически сразу начал давать показания. По делу "троцкистской шпионско-террористической и вредительской группы", которое разрабатывало НКВД, проходило 50 литераторов, вину признали все, дав показания друг на друга. Олейников сознался в терроризме, вредительстве и связях с японской разведкой на 18-й день. Из него пытались выбить еще и причастность Маршака к троцкистской группе, но он сослался на то, что они давно в ссоре, не общаются, поэтому «ничего о нем сказать не могу». Они действительно были в ссоре. И Маршак остался жив.

Олейников приговорен к высшей мере постановлением «двойки» (комиссии НКВД и Прокуратуры СССР), захоронен на Левашовской пустоши. 13 сентября 1957 года реабилитирован посмертно.

50 японских шпионов, куда, кроме Николая Олейникова, входили писатели Сергей Безбородов, Абрам Серебрянников, Вольф Эрлих, расстреляны 24 ноября 1937 года. Всего в этот день в Ленинграде расстреляли 719 человек.

https://www.facebook.com/piatetskaya/posts/2163789110327822
avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Ирина Анисимова в Сб Июл 07, 2018 12:34 pm



Массовое захоронение жертв сталинского террора в томском поселке Палочка Нарымского края местные жители обнаружили случайно. Теперь они хотят на этом месте воздвигнуть памятник жертвам репрессий. Однако не все в селе согласны с этим. Многие считают: не надо ворошить прошлое. Такие же безымянные массовые могилы жертв террора разбросаны по всему краю – Колпашевский яр, расстрельный ров в Томске....

Сможем ли мы когда-то похоронить всех и поставить памятники жертвам террора? Кто виноват в случившемся: власти или общество в целом? Можно ли говорить о том, что и мы все сегодня несем свою ответственность за те события? Надо ли в самом деле "ворошить прошлое" или лучше забыть и идти дальше?

Об этом – фильм Дениса Бевза "Нарымские рассказы" из цикла "Хранители Сибири".

avatar
Ирина Анисимова
Admin

Сообщения : 9108
Дата регистрации : 2013-07-15
Откуда : Москва

Посмотреть профиль http://silver-voice.narod.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: Покаяние

Сообщение автор Спонсируемый контент


Спонсируемый контент


Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения